| боевой гопак ( @ 2007-12-26 00:12:00 |
Медди Каддисмас!
- Знаешь, как будет "Счастливого Рождества" по-японски? - спрашивает знакомая японка в гестхаузе за завтраком (босые ноги холодит кафель веранды, кипяток в чашке, на тарелке пара бананов с мёдом из тюбика и мандарин). - Я вот уже всё утро учу его, - и она ласково касается своего бойфренда, пятидесятилетнего красавца-итальянца, немного застенчивого мужчину с бритой головой. - "Медди Каддисмас"!
В деревне, где живёт Пишет, тихо. Идём по теневой стороне улицы вдоль по-швейцарски аккуратно подстриженных изгородей, мимо пальмовых зарослей и традиционных тайских домов, степенно обсуждая с Тиной погоду ("Сегодня, похоже, первый день, когда на солнце не жарко, а просто тепло"), и вдруг взгляд цепляется за раскидистое сосноподобное дерево с низкой и широкой кроной. Всё оно увешано сверкающими в ярком солнечном свете ёлочными игрушками.
Вечером, пролетая мимо, увидел краем глаза пиршество в саду школы Пикник. Развернулся, захватил прихваченный для неё подарок, ипликатор Кузнецова, и заехал поздравить. Десяток столов с тайцами и европейцами, все тайки поголовно в костюмах или как минимум в шапках Санты, и развесёлое рождественское караоке в исполнении опять же тайской половины гостей.
Сидели потом на веранде в кафе у реки, любовались на отражение сверкающего лампочками моста в реке, и обсуждали до самого закрытия кафе висцеральный массаж и то, какой консистенции выходят камни после второй и третьей чистки печени. А потому что массажисты.
Медди Каддисмас!
- Знаешь, как будет "Счастливого Рождества" по-японски? - спрашивает знакомая японка в гестхаузе за завтраком (босые ноги холодит кафель веранды, кипяток в чашке, на тарелке пара бананов с мёдом из тюбика и мандарин). - Я вот уже всё утро учу его, - и она ласково касается своего бойфренда, пятидесятилетнего красавца-итальянца, немного застенчивого мужчину с бритой головой. - "Медди Каддисмас"!
В деревне, где живёт Пишет, тихо. Идём по теневой стороне улицы вдоль по-швейцарски аккуратно подстриженных изгородей, мимо пальмовых зарослей и традиционных тайских домов, степенно обсуждая с Тиной погоду ("Сегодня, похоже, первый день, когда на солнце не жарко, а просто тепло"), и вдруг взгляд цепляется за раскидистое сосноподобное дерево с низкой и широкой кроной. Всё оно увешано сверкающими в ярком солнечном свете ёлочными игрушками.
Вечером, пролетая мимо, увидел краем глаза пиршество в саду школы Пикник. Развернулся, захватил прихваченный для неё подарок, ипликатор Кузнецова, и заехал поздравить. Десяток столов с тайцами и европейцами, все тайки поголовно в костюмах или как минимум в шапках Санты, и развесёлое рождественское караоке в исполнении опять же тайской половины гостей.
Сидели потом на веранде в кафе у реки, любовались на отражение сверкающего лампочками моста в реке, и обсуждали до самого закрытия кафе висцеральный массаж и то, какой консистенции выходят камни после второй и третьей чистки печени. А потому что массажисты.
Медди Каддисмас!