| боевой гопак ( @ 2008-01-04 20:51:00 |
I'm not waiting on a lady, I'm not waiting on a friend
"Наузеан хаус" - это просто какой-то дом практиков. Дом представляет собой трёхэтажное общежитие коридорной системы. Многие люди живут тут годами, местные жители соседствуют с европейцами. На крыше, под навесом, там, где в шесть часов под звуки национального гимна, доносящегося от радиоточек из соседских сельских домов, воробьи купаются в фонтанчиках и щиплют травку из горшков, дважды в месяц проходят курсы тайчи (разумеется, студенты селятся тут же, один я трачу утром ценнейшие 15 минут сна на дорогу из своего гестхауза). В промежутках в пространстве, насыщенном чи радивых студентов, Розмари ведёт семинары по краниосакральной терапии. В остальное время она ведёт приём тут же, в "Наузеан хаусе" (и живёт она тут же, равно как и её милая барселонская помощница, и её бойфренд, музыкант, массажист и бездельник). В часы приёма у неё на двери появляется надпись "Session in progress". Тут же принимает волшебный китайский доктор (травки, иголочки, улыбки), замедливший пятидесятилетнего Питера с помощью своих отваров настолько, что за один день он стал делать тайчи медленнее и внимательнее всех остальных. Здесь же принимает пациентов другой китаец, ювелир по профессии, мастер шаолиньского сухожильного массажа. Люди никогда не приходят к нему без необходимости и обходятся максимум двумя сессиями (за которые он умудряется иногда поставить на ноги полностью парализованных людей). Причина тому - невыносимая болезненность происходящего. Я записался к нему на приём на завтра. Здесь же обитает тайская массажистка, которую Кит рекомендует как входящую в пятёрку лучших массажистов Чианг Мая (а массажистов тут - каждый третий). И это только те люди, о которых мне что-то стало известно за последние 4 дня.
Но сейчас я дома, сижу в комнате, ожидая первого тайского пациента (учителя, их родные и хозяйка гестхауза Анн не в счёт). Синим маркером я вывожу на клейком листочке надпись "Session in progress".
Привет.
"Наузеан хаус" - это просто какой-то дом практиков. Дом представляет собой трёхэтажное общежитие коридорной системы. Многие люди живут тут годами, местные жители соседствуют с европейцами. На крыше, под навесом, там, где в шесть часов под звуки национального гимна, доносящегося от радиоточек из соседских сельских домов, воробьи купаются в фонтанчиках и щиплют травку из горшков, дважды в месяц проходят курсы тайчи (разумеется, студенты селятся тут же, один я трачу утром ценнейшие 15 минут сна на дорогу из своего гестхауза). В промежутках в пространстве, насыщенном чи радивых студентов, Розмари ведёт семинары по краниосакральной терапии. В остальное время она ведёт приём тут же, в "Наузеан хаусе" (и живёт она тут же, равно как и её милая барселонская помощница, и её бойфренд, музыкант, массажист и бездельник). В часы приёма у неё на двери появляется надпись "Session in progress". Тут же принимает волшебный китайский доктор (травки, иголочки, улыбки), замедливший пятидесятилетнего Питера с помощью своих отваров настолько, что за один день он стал делать тайчи медленнее и внимательнее всех остальных. Здесь же принимает пациентов другой китаец, ювелир по профессии, мастер шаолиньского сухожильного массажа. Люди никогда не приходят к нему без необходимости и обходятся максимум двумя сессиями (за которые он умудряется иногда поставить на ноги полностью парализованных людей). Причина тому - невыносимая болезненность происходящего. Я записался к нему на приём на завтра. Здесь же обитает тайская массажистка, которую Кит рекомендует как входящую в пятёрку лучших массажистов Чианг Мая (а массажистов тут - каждый третий). И это только те люди, о которых мне что-то стало известно за последние 4 дня.
Но сейчас я дома, сижу в комнате, ожидая первого тайского пациента (учителя, их родные и хозяйка гестхауза Анн не в счёт). Синим маркером я вывожу на клейком листочке надпись "Session in progress".
Привет.